Николай Заболоцкий. Собрание сочинений в 3 томах. Том 3. Переводы. Из грузинской классической поэзии. Из поэзии Советской Грузии. Письма 1921-1958 годов

Третий том собрания сочинений Николая Заболоцкого — это не столько лирика самого поэта, сколько демонстрация его мастерства как переводчика и портрет Заболоцкого в переписке. Книга даёт увидеть поэта с другой стороны: как внимательного посредника между культурами, как строгого к слову мастера и как человека, который через письма формулировал свои взгляды на поэзию и жизнь.
Переводы из грузинской классической поэзии
Центральное место в этом разделе занимают переводы произведений Важа Пшавелы — одного из главных голосов грузинской национальной поэзии. Заболоцкий не просто перекладывает строки на русский, он старается сохранить эпическую интонацию, плотность образов и связь с природой, которая у Пшавелы почти всегда становится действующим лицом.
В том вошли:
«Амирани» — народное сказание, где миф и героика звучат как живая речь;
«По ущелью тянутся туманы…», «Горы спят», «Гора и долина» — пейзажные миниатюры, в которых природа говорит с человеком на языке символов;
«Стон бесконечный» (в двух частях) — эмоционально насыщенная вещь, где интонация строится на протяжённости и внутреннем напряжении;
«Жалоба меча», «Орёл», «Утешение поэта» — образцы, где предмет и чувство сливаются: меч «жалуется», орёл становится голосом высоты, а утешение звучит не как успокоение, а как принятие тяжести;
«Песня» («Ты на том берегу, я на этом…») — лирический диалог, построенный на разделённости и одновременно на связи;
«Почему я создан человеком» (песня) — размышление о человеческом предназначении, переданное как простая, но глубокая народная формула;
«Гоготур и Апшина» — старинный рассказ, в котором эпичность сочетается с бытовыми деталями, а сюжет держится на столкновении характеров и традиций.

Заболоцкий здесь работает с ритмом и синтаксисом так, чтобы русская строка не теряла силы оригинала: он избегает излишней «гладкости», сохраняя шероховатость, которая в народной и эпической поэзии — это и есть подлинность.
Из поэзии Советской Грузии
Этот раздел показывает Заболоцкого как переводчика современной ему грузинской лирики. Он обращается к авторам, которые в 1930–1950‑е годы определяли лицо грузинской поэзии: Галактион Табидзе, Тициан Табидзе, Георгий Леонидзе, Симон Чиковани, Константин Каладзе, Георгий Абашидзе.
У каждого из них свой регистр: у одних — философская медитативность, у других — городская интонация, у третьих — связь с народной традицией. Заболоцкий подбирает для каждого свой ключ: где-то делает акцент на музыкальности, где-то на смысловой плотности, а где-то сознательно сохраняет разговорную простоту. В этих переводах видно, что поэт не стремится «подтянуть» оригинал под собственный стиль, а ищет, как сделать чужую интонацию понятной и живой на русском языке.
Письма (1921–1958)
Письма в томе — это хроника внутренней работы поэта. Они охватывают почти четыре десятилетия и позволяют увидеть, как менялись его задачи и как он осмыслял свою поэтику.
Ранние письма (1920‑е — начало 1930‑х) часто связаны с бытом, с поисками своего пути, с воспоминаниями об Уржуме, с первыми литературными опытами. В них много энергии и одновременно неуверенности: Заболоцкий пробует формулировать, что для него важно в стихах, и ищет единомышленников.
Середина жизни (1930–1940‑е) — время испытаний и переосмысления. В письмах появляются размышления о точности слова, о соотношении мысли и образа, о том, как сохранить достоинство стиха даже в тяжёлых условиях. Здесь же — разговоры о переводах: поэт объясняет, почему для него важно не «украшать» оригинал, а передавать его внутреннюю логику.
Поздние письма (конец 1940‑х — 1958 год) — это уже наставления и размышления зрелого мастера. В обращениях к молодым поэтам Заболоцкий формулирует свои принципы: ясность, точность, ответственность за каждое слово, уважение к смыслу. Он не даёт общих советов, а разбирает конкретные строки, показывает, где возникает фальшь и как её избежать.
Кроме профессиональных тем, в письмах много человеческого: бытовые детали, заботы о семье, размышления о времени. Именно эта смесь делает переписку не просто литературным документом, а живым портретом поэта.
Как устроен том и что в нём ценно
Том собран так, чтобы показать переводческую работу Заболоцкого не как «побочное» занятие, а как важную часть его поэтической программы. Переводы здесь — это способ говорить о вечном на языке другой культуры, а письма — способ зафиксировать, как поэт понимает свою задачу и как он её выполняет.
Составители тома — Е. Заболоцкая и Н. Заболоцкий — подобрали письма и переводы так, чтобы читатель мог проследить эволюцию взглядов поэта и увидеть, как его собственные поэтические принципы проявляются в работе с чужими текстами.

Артикул

nzabol3s3t1984hudlit

Тип книги

Букинистика

Тип обложки

Твердый переплет